www.booksite.ru
Перейти к указателю

Шубин В. О.

Курилороссия


Древняя и современная история Курильского архипелага неизменно привлекает внимание исследователей. Одной из наиболее ярких страниц в его истории является период его открытия, освоения русскими людьми и присоединения к России. Открытием Сахалина и Курильских островов во второй половине XVII в. завершилось вхождение в состав России значительных территорий Дальнего Востока. Бурное экономическое развитие страны, вызвавшее широкое передвижение народных масс за пределы давно обжитых старорусских земель; развитие товарно-денежных отношений и прогресс всероссийского рынка; необходимость в новых промышленных центрах, рудниках, торговых отношениях со странами Азии и Америки; общий дух эпохи Великих географических открытий – все это побуждало снаряжать многочисленные экспедиции на Дальний Восток и тратить значительные ресурсы на освоение новых мест, включая Камчатку и Курилы. Первые для России сведения о них сообщил в 1697 г. землепроходец В. В. Атласов. В 1745 г. их нанесли на Генеральную карту Российской империи в Академическом атласе.

Одним из слабо изученных этапов освоения русскими Курильских островов является история поселения на о. Уруп, известного под названием «Курилороссия». Первые сведения об Урупе, населенном «мохнатыми курильцами» (айнами) и богатом различными природными дарами, в том числе морскими бобрами, доставил русский путешественник Афанасий Шестаков1. Имеются упоминания об этом острове в документах участников Второй Камчатской экспедиции под руководством В. Беринга2. С третьей четверти XVIII в. начались регулярные посещения Урупа русскими людьми, строившими там зимовья и промышлявшими каланов. 2 июня 1768 г. казачий сотник Иван Черный с отрядом высадился в бухте Ванинау, одноименной с айнским названием острова, и перезимовал там, прожив до 9 мая 1769 года. Он встретился с некоторыми айнскими «князцами» и их сородичами, приехавшими с соседнего о. Итуруп для промысла зверей. Айны заплатили ясак, а для склонения к уплате ясака прочих аборигенов Черный посетил Итуруп, где привел в подданство 83 айна. Его действия побудили айнов, прибывших на Уруп, возвратиться на Итуруп. Через переводчиков они просили «объявить секретарю в Камчатке, чтобы впредь присылали к ним людей хороших, обходительных»3.

В 1770 г. к Урупу причалило судно якутского купца П. Протодьяконова для промысла каланов и остановилось на зимовку в одной из бухт южного побережья. Боцман А. Сапожников с рабочими тоже вступил в контакт с айнами. 18 участников поездки возвратились 12 сентября 1772 г. в Петропавловскую гавань. В 1770-1772 гг. на Урупе зимовали и добывали морского зверя промышленники тюменского купца Якова Никонова, которым было поручено идти на байдаре «на дальние острова, куда доходил сотник Черный, для собрания с приведенных им в подданство мохнатых ясака и для производства промыслов»4. Поскольку Петербург был заинтересован в налаживании добрососедских отношений с Японией и закреплении за Россией Курил, сибирскому губернатору А. И. Брилю было поручено предпринять дальнейшие меры. Он возложил это на главного командира Камчатки премьер-майора К. М. фон Бема. В инструкции от 28 ноября 1772 г. ему предписывалось отправить судно вдоль Курильской гряды с человеком, знающим навигацию, и переводчиками, уже бывшими с Черным. Им поручалось «описывать нравы жителей, положение островов: реки, леса и звериные и рыбные промыслы на них и составить карту островов, а при сношении с японцами узнать, какие им нужны японские товары и вещи и какие можно получить от них; не возможно ли сделать договора об обоюдном торге и установлении цен товаров, через что бы возыметь дружеское с ними отношение; мохнатых и других приводить в подданство и не согласятся ли они отпустить одного в Россию для узнания российских обычаев»5.

В 1774 г. туда же было снаряжено судно якутского купца П. С. Лебедева-Ласточкина «Екатерина», но корабль затонул у берегов Камчатки. В 1775 г. Лебедев-Ласточкин пригласил в компанию рыльского купца Г. И. Шелихова, и они снарядили судно «Св. Николай» с 45 рабочими, боцманом и 3 матросами. Во главе экспедиции был поставлен сибирский дворянин И. М. Антипин, владевший японским языком. В помощь ему выделили переводчика айнского языка И. Очередина. Мореходом был штурманский ученик Ф. Путинцев. От Большерецкой канцелярии К. М. фон Бем направил с ними капрала И. Осколкова и несколько казаков6. Любопытна инструкция об экспедиции, врученная Антипину 8 июня 1775 г.: в ней строжайше наказывалось под страхом смертной казни «не обижать диких,., обходиться с ними ласково, ничего не требовать, не отнимать»; встретившись с японцами, «поступать учтиво, ласково, благородно»; «если мохнатые и другие никому не подвластны, то приглашать их в подданство, обнадеживать защитою от соседей»; велено было на 18-м острове (Урупе) «для опыта» посеять по два фунта ржи, ярицы, пшена, овса, ячменя, конопли7. 13 августа 1775 г. Бем доносил иркутскому губернатору о цели предстоящей экспедиции; было, в частности, сказано, что «необходимо устроить на 18-м или другом острове крепость... Притом не найдутся ли на островах удобные места для русского поселения, чтобы иметь хлебопашество, чего ожидаю от опробации Антипина из посева посланных с ним семян»8.

24 июня 1775 г. «Св. Николай» вышел из Петропавловска. К Урупу он подошел в июле 1776 года. Антипин побоялся войти в бухту на южной стороне, где раньше зимовало судно Протодьяконова, и повел судно вдоль берега, выискивая подходящее место. Заметив на северной стороне бухту (вероятно, залив Наталии), он вошел в нее 9 августа. Люди занялись постройкой жилья. Вытащить судно на берег не удалось, осенние штормы его разбили, но снаряжение было спасено. Зимой промышленники занялись ловлей рыбы и промыслом морского зверя. Вследствие тяжелых условий 20 рабочих во главе со Слободчиковым и Красильниковым бежали с Урупа на двух байдарах на 11-й остров (Райкоке). Оставшиеся занимались промыслом, но с айнами не вступали в сношения. Лебедев-Ласточкин, узнав о гибели «Св. Николая», отправил в помощь Антипину иркутского посадского Д. Я. Шабалина с людьми на двух байдарах и с помощью сибирского губернатора Ф. Г. Немцова снарядил бригантину «Св. Наталия», на которой отправились на Уруп штурман М. Петушков и новые промышленники, в т. ч. сольвычегодский крестьянин В. К. Звездочетов (впоследствии он сыграл большую роль в освоении острова). Бригантина была загружена товарами и запасом провианта. Петушков получил инструкцию: «По приходе на 18-й остров рабочих сдать передовщику Шабалину, а в небытность его править самому на земле и на море; в 1778 году воротиться со всеми в Охотск, оставив на Урупе только Шабалина с Очерединым и частью рабочих...; при встрече с японцами убеждать их завести с русскими торговлю»9.

10 сентября 1777 г. «Св. Наталия» вышла из Охотска и в октябре, соединившись по пути с отрядом Шабалина, прибыла на Уруп. Шабалину удалось выполнить поставленную задачу и договориться с японцами о встрече в условленном месте для торговли и продолжении переговоров через год, после чего корабль вернулся в Охотск 29 августа 1778 года. Лебедев-Ласточкин приступил к подготовке нового плавания, и 7 сентября того же года «Св. Наталия», нагруженная «разными российскими и немецкими товарами, как то голландские сукна, бархаты, атласы, гарнитур, съестными припасами на 18.000 рублей», с командой и работными людьми вновь отправилась в путь. Начальником был Шабалин, переводчиком – Антипин, мореходом – Путинцев. Корабль в сентябре 1778 г. пристал к Урупу, а весной и летом 1779 г. достиг о-ва Хоккайдо. Завязалась торговля и повелись переговоры с японцами о торговых сношениях через г. Нагасаки. Однако 5 сентября японские власти прервали торговлю и попытались помешать русским посещать Кунашир и Итуруп.

«Св. Наталия» возвратилась на Уруп 29 октября. Зимовка прошла трудно. Некоторые люди заболели и умерли, почти ежедневно случались землетрясения, 18 июня произошло цунами; несколько человек погибло, жилье было снесено, продукты уничтожены или испорчены, судно выброшено на берег10. Антипин с 14 людьми отправился на Камчатку доложить о случившемся и просить помощи (он отплыл на байдаре 30 июня 1780 г.), а Шабалин остался на Урупе с 52 людьми. Лебедев-Ласточкин попытался помочь снять с берега «Св. Наталию»; в сентябре 1781 г. к Урупу подходил галиот «Св. Георгий», но ничем не помог и ушел на промысел к Алеутским о-вам. Шабалин, не сумев и выручить судно, покинул остров и прибыл в Большерецк летом 1782 г., а оттуда в Охотск, где был готов к отплытию галиот «Св. Павел». Этот корабль 26 июня 1784 г. достиг Урупа, но тоже снять бригантину с берега не смог и ушел на Алеутские о-ва. Шабалин с 11 рабочими еще раз остался зимовать и в 1785 г. вернулся в Большерецк. Таким образом, его поселение просуществовало на Курилах 10 лет.

То был первый этап Курилороссии. Второй начался в 1795 г., когда по инициативе Г. И. Шелихова возобновили русскую колонию на Урупе. Она располагалась в бухте Тавано (Кобуно-Ван, ныне – Алеутка). В 1794 г. Шелихов писал А. А. Баранову, возглавлявшему русские поселения в Северо-Западной Америке: «Я намерен содержать на о. Уруп компанию сверх заведения хлебопашества на этом острове, так как Уруп лежит в близком соседстве с Японией..., прошу предписать правителю означенной компании, что, если случится встретиться с японцами, показывать им дружественное расположение и ласку, не подавая на себя ни малейших подозрений, и притом через мохнатых курильцев стараться разведывать об Японии и прочих Курильских островах, ближайших к этой земле, а именно: чем они изобилуют, занятия жителей и т. д. Также всеми мерами стараться ласкать мохнатых курильцев и через них заводить торговые связи с японцами, стараясь доставать, если возможно, от них хлеб и товары. Завлекать курильцев селиться на Урупе и производить хлебопашество»11. И вот в 1794 г. на судне «Св. Алексей» отправился на Уруп отряд из 31 промышленника, 4 поселыциков, 3 женщин и 2 алеутов под предводительством передовшика В. К. Звездочетова, который был назначен начальником поселения. Директор Российско-Американской компании Н. П. Резанов сообщал впоследствии: «Водворились они на полуденной стороне в той гавани, где прежде зимовало судно купца Лебедева-Ласточкина и восточною бурей было выброшено на берег, ибо гавань от востока не защищена нимало, да и судно «Св. Алексей» терпело также от сих ветров бедствие и при необычайном приливе воды занесено было в речку. из которой весною насилу могли его высвободить»12.

Относительно личности Звездочетова существуют противоречивые отзывы как о человеке то ли жестоком, то ли хорошего нрава13. Он неоднократно бывал на Курильских островах и знал их в совершенстве. Перезимовав, он начал производить опыты посевов: «Хлебы выбежали в колос, но не смогли налиться; горох дал стручья весьма тонкие и семенами ненадежными, лен был изрядный». Возмущенные его строгостью, промышленники отрешили его от начальства, выбрали передовщиком Кошечкина, а Звездочетова отправили на 7-й остров (Симушир), чтобы курильцы доставили его на Камчатку. Звездочетов же сумел вернуться на Уруп, заковал зачинщиков и сам выслал их на Камчатку. Опасаясь остальных, он приказал 15 подчиненным возвращаться в Россию за подкреплением. Они ушли на северную сторону, собрали выкидной лес и построили байдару, а в 1798 г. уплыли. Звездочетов с 12 мужчинами и 3 женщинами остался на Урупе. В 1805 г. Резанов, возвращаясь из Японии на судне И. Ф. Крузенштерна, попытался подойти к Урупу, чтобы узнать о состоянии поселения, но не сумел подплыть к острову. Звездочетов умер в апреле 1805 г., а находившиеся с ним люди, не имея средств к существованию, затем покинули Уруп14. В 1807 г. русский бриг «Юнона» под командованием Н. А. Хвостова, подойдя к Урупу, не обнаружил там русских. Нашли только их жилище и несколько могил. Таким образом, Курилороссия на втором этапе просуществовала тоже 10 лет.

В июне 1811 г. капитан-лейтенант В. М. Головин, обследуя Курильские о-ва, подошел на шлюпе «Диана» к Урупу. Мичман Ф. Мур и штурманский помощник В. Средний на шлюпке зашли в гавань на океанской стороне острова и на берегу обнаружили юрты, балаган, два креста, лежащее на берегу старое судно15. То было последнее свидетельство о поселении Звездочетова. А в 1828 г. была возобновлена фактория Российско-Американской компании на Урупе. Начался третий этап русского заселения острова. До 1831 г. правителем компании был П. Е. Чистяков. Он и явился инициатором нового заселения Урупа и еще в 1828 г. отправил туда промысловую партию из 50 человек с необходимыми материалами. Начальником партии был назначен мичман А. К. Этолин, который до осени успел закончить все постройки. Промысел каланов на Урупе доставил компании в течение 1828-1829 гг. мехов более чем на 800 тыс. рублей16.

Вскоре Уруп стал центром Курильского отдела Российско-Американской компании. В 30-е годы XIX в. там, как и на других Курильских островах, интенсивно развивалось сельское хозяйство. Были завезены коровы, козы, овцы, возникли огороды и пашни. Туда стали переселяться алеуты. Появились столярные, слесарные и кузнечные мастерские. Развернулась островная торговля. В начале 30-х годов правление Курильским отделом перешло на о. Симушир. А на Урупе русское поселение и промышленные партии оставались вплоть до 1875 г., когда Япония отторгла от России Курильские о-ва. Все, что напоминало о пребывании там русских, было уничтожено, постройки разрушены, столбы и кресты с надписями о принадлежности России снесены, айны вывезены на о. Шикотан, где нашли себе могилу.

В 1978 г. было принято решение провести на Урупе стационарные археологические раскопки в бухте Алеутка для изучения Курилороссии и деятельности русских промышленников, первыми освоивших эти острова. Сахалинским областным краеведческим музеем и Сахалинским отделом Географического общества СССР была организована экспедиция, рассчитанная на несколько лет работы. Осенью 1978 г. авторы данной заметки высадились с гидрографического судна на северной оконечности Урупа. Первоначально была обследована бухта Компанейская на охотской стороне, в 25 км к юго-западу от м. Кастрикум. Там был собран подъемный материал на неолитическом поселении. Вторым объектом исследования стала Алеутка. Это довольно глубокая, закрытая от ветров всех направлений, кроме восточных, гавань, доступная небольшим судам. В нее впадают река, одноименная с бухтой, и безымянный ручей. На первой морской террасе, ровной и удобной для поселения, у подножия крутой сопки был обнаружен культурный слой. Шурфовкой установлены его мощность и площадь (более 4 тыс. кв. м).

В 1981 г. в бухте Алеутка начались стационарные археологические исследования. Сначала с помощью протонного и квантового магнитометров провели магнитную съемку местности и выявили магнитные аномалии. Как выяснилось впоследствии, они были связаны с металлическими вещами из культурного слоя. К 1984 г. исследованная площадь достигла 1800 кв. метров. Культурный слой мощностью от 0,25 до 1 м неоднороден по составу и цвету. Особенно насыщены находками мощные слои строительного мусора и древесной щепы. Найдены многочисленные металлические изделия: скобы, штыри, кованые гвозди, чугунный котел, гарпуны для промысла морского зверя. Интерес представляют свинцовые пломбы округлой формы с монограммами РАК (Российско-Американской компании). Ими опечатывали складские помещения, Найдены стеклянные посуда, бисер и бусы, изделия из фаянса. В 1982 исследован кузнечный комплекс из двух горнов (кольцевые кладки, сложенные из галечника) и каменной вымостки пола наземного сооружения – кузницы. Здесь же найдены поковки, отливки, кузнечный инструмент.

В центральной части поселения обнаружены нижние венцы срубленного из каменной березы деревянного сооружения 9,9 на 4,1 м, ориентированного по длинной оси с северо-запада на юго-восток и разделенного перегородками на три изолированных помещения: жилая комната с очагом в деревянной раме посредине, коридорообразный выход – тамбур (перед внешней дверью имелась площадка из камня), пристройка для содержания скота. Здесь же найдены многочисленные предметы домашней утвари: деревянные изделия (веселка, толкушка, лопатка для размешивания теста, доска для резанья черемши), большая коллекция топоров, в том числе экземпляр с прекрасно сохранившимся топорищем, кухонные и перочинные ножи, несколько экземпляров деревянных и берестяных ножен, вилки, кованые гвозди, зубила, молоток, пешни, рыболовные снасти. Собрано более 1 тыс. фрагментов стеклянной и фаянсовой посуды, среди них изделия русских крестьянских фирм, в т. ч. завода «Братья Бармины», и посуда английского производства. В коллекции бытовых предметов имеются металлические и костяные лучинодержатели, бронзовый подсвечник, православный крестик, выпущенная в 1834 г. монета в 5 коп., бусы, бисер, наперстки, остатки мужской, женской и детской кожаной обуви разных размеров. Охотничье снаряжение и оружие представлены большой коллекцией ружейных кремней, деталями ружей, свинцовыми пулями и картечью, пушечными ядрами, формочками для литья пуль и картечи, медной посудиной для разлива расплавленного свинца. В 1983 г. найдены деревянная и медная линейки с дюймовыми делениями, медный транспортир, более 1800 шт. бисера.

Рядом с постройкой исследован котлован жилища полуподземного типа 4,0 на 3,7 на 0,8 м с коридорообразным выходом длиною 1,5 м, системой ямок от опорных столбов, очагом из морской гальки. Найденные рядом каменная лампа-жирник, лабретка (украшение из кости, камня и металла, которое вставляли алеуты в проколы ноздрей, щек, губ), два зубчатых наконечника гарпуна из кости свидетельствуют о том, что здесь жила артель алеутов. Предположительно обнаружен в целом жилой и хозяйственный комплекс, связанный со вторым этапом русского поселения. Жилое помещение с тамбуром и хлевом, алеутское жилище и кузнечный комплекс расположены рядом, на одном уровне и ориентированы по странам света под одним углом. К этому же слою относятся самодельные бытовые предметы из металла, кости, дерева и кожи.

В 1981-1983 гг. проводился поиск в заболоченной долине р. Алеутки, где на расстоянии до 400 м от моря покоились некогда остатки «Св. Наталии», выброшенной цунами в 1780 году. Поиски пока не увенчались успехом.

Что касается третьего этапа жизни Курилороссии, то культурный слой этого времени прослеживается повсеместно. Найдено большое количество стеклянной и фаянсовой посуды, металлические инструменты, масса золы и древесного угля. Последнее подтверждает сведения о том, что после 1875 г. японцы постарались уничтожить остатки русского поселения.

Остается невыясненным ряд вопросов, связанных с первым этапом поселения. Исследования в Алеутке продолжаются. Планируется также обследовать побережье залива Бархатного, бухт Токотан и Наталии, где также селились русские. Эти исследования имеют важное историческое значение. Как известно, по русско-японскому договору 1855 г. Курилы объявлялись владениями России. По Сан-Францисскому договору 1951 г. Япония отказалась от любых притязаний на Курилы. Однако сейчас в Стране Восходящего Солнца поднимающий голову милитаризм, подогреваемый американской пропагандой, выдвигает необоснованные претензии на чужие территории.

В. О. Шубин, О. А. Шубина


Примечания

1 Гольденберг Л. А. Карта Шестакова 1724 г. В кн.: Использование старых карт в географических и исторических исследованиях. М. 1980, с. 137-160 сл.

2 Записки по гидрографии, 1914, с. XXXVIII, вып. 3, прилож. к с. 44.

3 Д и в и н В. А. Русские мореплаватели на Тихом океане в XVIII веке. М. 1971,с. 238.

4 Полонский А. Курилы. – Записки Русского географического общества. По отделению этнографии. СПб., 1871, т. IV, с. 420, 440-441.

5 Там же, с. 441-442.

6 Там же, с. 442.

7 Русская Тихоокеанская эпопея. Хабаровск, 1979, с. 463 сл.

8 Полонский А. Ук. соч., с. 449-450.

9 Там же, с. 452-453.

10 ЦГАДА, Государственный архив, разр. 7, д. 2539, оп. 1, лл. 7об.-8.

11 Тихменев П. Историческое обозрение образования Российско-Американской компании и действий ее до настоящего времени. Т. 1. СПб. 1861, с. 44.

12 Там же. Т. II. 1861, с. 228-230.

13 ЛО Архива АН СССР, ф. 53, оп. 1, д. 14, л. 14.

14 Тихменев П. Ук. соч. Т. 1, с. 110.

15 Головин В. М. Путешествие на шлюпе «Диана» из Кронштадта в Камчатку в 1807-1811 годах. М. 1961, с. 415.

16 Тихменев П. Ук. соч. Т. I, с. 270.

 


Источник: Шубин В. О. Курилороссия / В. О. Шубин, О. А. Шубина // Вопросы истории. – 1985. – № 5. – С. 184-189.