- Привет, Фродо! - воскликнул он. - Как поздно вы гуляете. А может, вы заблудились? - Он позвал остальных, и все эльфы остановились и начали разглядывать хоббитов.
      - Удивительно! - говорили они. - Три хоббита в лесу ночью! Со времен ухода Бильбо мы не видели ничего подобного. Что бы это значило?
      - Это значит, волшебный народ, - ответил Фродо, - что мы идем тем же путем, что и вы. Я люблю бродить при свете звезд. Мы приветствуем ваше общество.
      - Никакое общество нам не нужно, а хоббиты такие глупые, - смеялись эльфы. - И откуда вы знаете, что мы идем тем же путем, что и вы? Ведь вы не знаете, куда мы идем.
      - А откуда вы знаете, как меня зовут? - В свою очередь спросил Фродо.
      - Мы многое знаем, - отвечали они. - Мы часто видели вас вместе с Бильбо, хотя вы и не замечали, может быть, нас.
      - Кто вы и кто ваш вождь? - спросил Фродо.
      - Я Гилдор, - ответил их предводитель, тот самый эльф, который первым приветствовал Фродо. - Гилдор Ингларион из дома Финрода. Большинство наших родичей давно уже ушло, а мы только сейчас тронулись к Великому Морю. Но некоторые наши родичи все еще живут в Уделе в Ривенделле. А теперь, Фродо, расскажите нам, что вы тут делаете. Потому что мы видим, что вы чего-то боитесь.
      - О, мудрый народ! - прервал говорившего Пин. - Расскажите нам о Черных Всадниках.
      - Черные Всадники? - переспросили они шепотом. - Почему вы спрашиваете о Черных Всадниках?
      - Потому что два Черных Всадника догоняли нас сегодня. А может это был один и тот же, - сказал Пин. - Совсем недавно он проехал мимо.
      Эльфы ответили не сразу, а тихонько заговорили между собой о чем-то на своем языке. Наконец Гилдор повернулся к хоббитам.
      - Не будем говорить о них здесь, - сказал он. - Мы думаем, вам лучше пойти сейчас с нами. Это не в нашем обычае, но мы возьмем вас с собой, если хотите.
      - О, волшебный народ! Это превосходит мои надежды, - отвечал Пин. Сэм лишился дара речи.
      - Благодарю вас, Гилдор Ингларион, - с поклоном сказал Фродо. - Элия сийла луммен оментиельво, звезда сияет в час нашей встречи, - добавил он на языке высоких эльфов.
      - Осторожнее, друзья! - воскликнул Гилдор со смехом. - Не говорите о тайнах. Он знает древний язык. Бильбо был хорошим учителем. Привет, друг эльфов! - сказал он, кланяясь Фродо. - Присоединяйтесь к нам со своими друзьями. Вам лучше идти в середине, чтобы не заблудиться. Вы можете устать до того, как мы остановимся.
      - Куда вы идете? - спросил Фродо.
      - Сегодня ночью мы идем в леса на холмах над Вудхоллом. Туда еще несколько миль, но в конце вы отдохнете, а завтра вам будет путь короче.
      Они шли в тишине, как тени, потому что эльфы, даже лучше, чем хоббиты, умеют ходить беззвучно, если хотят. Пин вскоре захотел спать и запинался на ходу, но всякий раз высокий эльф подхватывал его, не давая упасть. Сэм шел рядом с Фродо, с полуиспуганными, полуудивленными глазами.
      Лес с обеих сторон становился чаще, деревья были моложе, и по мере того, как дорога спускалась в долину, появилось все больше кустов орешника на склонах с обеих сторон. Наконец эльфы свернули в сторону от тропы. Справа открывалась почти незаметная зеленая аллея. По этой извивающейся аллее они дошли почти до вершины холма, стоявшего в нижней части речной долины. Неожиданно они вышли из тени деревьев, и перед ними открылась поросшая травой поляна, серая в ночи. С трех сторон деревья отступили, но на востоке почва круто опускалась, а на склоне видны были вершины деревьев. Внизу при свете звезд лежала тусклая и плоская равнина. Где-то вдали мерцали огоньки поселка Вудхолл.
      Эльфы уселись на траву и тихонько заговорили друг с другом: казалось, они не замечали хоббитов. Фродо и его товарищи завернулись в плащи и одеяла, и ими овладела дремота. Ночь сгущалась и огоньки в поселке погасли. Пин тотчас же уснул, положив голову на кочку.
      Высоко на востоке висел Риммират, а над туманной дымкой поднимался красный Бергил, как пылающий уголь. Затем ветерок унес туман, как занавес, и на краю пояса поднялся сверкающий мечник со своим сверкающим поясом. Эльфы запели. Под деревьями загорелся костер.
      - Идемте! - окликнули эльфы хоббитов. - Идемте! Время танцев и веселья!
      Пин сел и протер глаза. Он задрожал.
      - В зале огонь, еда для голодных гостей готова, - сказал стоявший рядом эльф.
      С южной стороны был прямоугольник, похожий на зал. С обеих сторон, как колонны, возвышались зеленоватые стволы деревьев, посредине горел костер, а на столе сверкали серебром и золотом факелы. Эльфы сидели вокруг костра на траве или на обломках деревьев. Несколько эльфов разносили еду и питье.
      - Еда скромная, - сказали они хоббитам, - потому что мы далеко от дома. Дома мы бы угостили для приема в честь дня рождения Фродо.
      Пин впоследствии с трудом мог припомнить, что он ел и пил: ему вспомнились лишь блики огня на лицах эльфов, звуки их голосов, прекрасных, как во сне. Но ему вспоминался белый хлеб, фрукты, слаще чем из садов; он налил чашку ароматного напитка, прохладного, как из источника, золотого, как летний полдень.
      Сэм впоследствии не мог описать и даже рассказать самому себе, что он чувствовал в ту ночь, хотя она осталась в его памяти, как одно из главных событий в его жизни. Самое большое, что он мог сказать: "Ну, сэр, если бы я мог выращивать такие яблоки, я бы мог назвать себя садовником. А их пение проникло мне в сердце, как вы понимаете, что я хочу сказать."
      Фродо сидел, ел, пил и разговаривал с легким сердцем. Он плохо знал язык эльфов, но все же внимательно слушал. Вновь и вновь заговаривал он с обслуживающими его эльфами и благодарил их на их собственном языке. Они улыбались ему, со смехом говорили: "Это бриллиант среди хоббитов!"
      Через некоторое время Пин уснул, его подняли и перенесли через деревья. Здесь его уложили на мягкую постель, и он проспал остальную часть ночи. Сэм отказывался покинуть своего хозяина. Сидя рядом с Фродо, он наконец закрыл глаза. Фродо же долго не спал, разговаривая с Гилдором.
      Они говорили о многих вещах, старых и новых, и Фродо расспрашивал Гилдора о событиях в диких землях за пределами Удела. Известия были печальными и зловещими: о сгущающейся тьме, о войне людей, о бегстве эльфов. Наконец, Фродо задал волновавший его вопрос:
      - Скажите мне, Гилдор, видели ли вы Бильбо после его ухода из Торбы-на-Круче?
      Гилдор улыбнулся.
      - Да, - ответил он. - Дважды. На этом самом месте он прощался с нами. Но я видел его еще раз, далеко отсюда....
      Он больше ничего не сказал о Бильбо, и Фродо замолчал.
      - Ты не спрашиваешь меня о том, что касается вас, Фродо, - сказал Гилдор. - Но я знаю немного и гораздо больше могу прочесть по вашему лицу. Вы покидаете Удел, и сомневаетесь, найдете ли то, что ищете, и вернетесь ли назад. Разве не так?
      - Так, - ответил Фродо, - но я думал, что мой уход - это тайна, известная лишь Гэндальфу и верному Сэму.
      Он поглядел на Сэма, который тихонько посапывал.
      - Враг не узнает от нас этой тайны, - успокоил его Гилдор.
      - Враг? - повторил Фродо. - Значит вы знаете, почему я покидаю Удел?
      - Не знаю, по какой причине Враг преследует вас, но убежден, - ответил Гилдор, - что он преследует, хотя это кажется мне странным. Я должен предупредить вас, что опасность и впереди и позади, и с обеих сторон.
      - Вы имеете в виду всадников? Боюсь, что они слуги Врага. Кто такие на самом деле Черные Всадники?
      - Разве Гэндальф не говорил вам?
      - Нет.
      - Тогда и мне не надо говорить, иначе ужас помешает вам справиться с трудным путешествием. Мне кажется, что вы ушли вовремя, если не опоздали. Теперь вы должны торопиться и не поворачивать назад. Удел больше не защита для вас.
      - Не могу представить себе рассказ более ужасный, чем ваши намеки и предупреждения! - воскликнул Фродо. - Я знаю, конечно, что меня ждет опасность, но я не ожидал встретить ее в Уделе. Неужели хоббит не сможет спокойно пройти от воды к реке?
      - Но вы не в своем собственном мире, - сказал Гилдор. - Хоббиты не всегда жили в нем. Другие здесь будут жить, когда не станет хоббитов. Мир широк вокруг вас.
      - Я знаю, но Удел всегда казался таким безопасным и спокойным. Что же мне теперь делать? Я хотел тайно оставить Удел и направиться в Ривенделл, но меня выследили еще до того, как я достиг Бакленда.
      - Думаю, что вы должны продолжать осуществлять ваш план, - сказал Гилдор. - Вряд ли дорога окажется слишком трудной для вас. Но если хотите получить более ясный совет, спросите Гэндальфа. Я не знаю причины вашего побега и поэтому не могу сказать, какие меры используют против вас преследователи. Это должен знать Гэндальф. Вероятно, вы еще увидите его перед тем, как покинуть Удел.
      - Надеюсь. Но это другое обстоятельство, которое заставляет меня беспокоиться. Я ожидал Гэндальфа много дней. Он должен был прийти в Хоббитон не позже двух ночей назад, но он не появился. И вот я думаю, что же случилось. Должен ли я его ждать?
      Гилдор немного помолчал.
      - Мне это не нравится, - сказал он наконец. - То, что Гэндальф не пришел, не предвещает ничего хорошего. Но сказано: не вмешивайся в дела магов, ибо они коварны и легко раздражаются. Выбор должны сделать вы: оставаться и ждать, или идти.
      - Сказано также, - ответил Фродо, - не проси совета у эльфов, ибо они не скажут ни да, ни нет.
      - Неужели? - рассмеялся Гилдор. - Эльфы редко дают неосторожные советы: совет - это опасный подарок, даже совет мудрейшего из мудрых. Но вы не рассказали мне ничего о себе, как же я могу сделать выбор за вас? Если вы действительно хотите совета, я ради дружбы дам вам его. Думаю, вы должны выступить немедленно, без промедлений. И если Гэндальф не появится до вашего ухода, советую: не уходите один. Возьмите с собой друзей, которым верите и которые добровольно пойдут с вами. Вы должны быть благодарны, я неохотно даю советы. У эльфов свои законы и свои печали, они мало интересуются делами хоббитов или каких-либо других созданий в мире. И наши дороги редко пересекаются. Может быть, наша встреча здесь не более как случайность: цель ее мне не ясна, и я опасаюсь говорить больше.
      - Я глубоко благодарен, - сказал Фродо, - но я хотел бы, чтобы вы мне рассказали о Черных Всадниках. Если я последую вашему совету, я могу долго не увидеть Гэндальфа, а я должен знать, о чем следует беспокоиться, какая опасность меня преследует.
      - Разве не достаточно знать, что они слуги Врага? - ответил Гилдор. - Опасайтесь их! Не разговаривайте с ними! Они смертоносны. Больше не спрашивайте меня. Но сердце мне подсказывает, что прежде, чем все кончится, вы, Фродо, сын Дрого, будете знать об этих гадких созданиях больше Гилдора Инглариона. Да защитит вас Элберет!
      - Но где найти мне храбрость? - спросил Фродо. - Именно она нужна мне.
      - Храбрость можно найти позже, - сказал Гилдор. - Не теряйте надежды! А теперь усните. Утром мы уйдем, но мы пошлем сообщение по лесам. Бродячие группы будут знать о вашем путешествии, и те, кого мы называем друзьями эльфов, позаботятся о вас. И пусть звезды сияют над вашей головой! Редко приходилось нам встречать таких добрых друзей. И так приятно слышать из уст еще одного существа звуки древнего языка.
      Фродо чувствовал, что засыпает еще до того, как Гилдор закончил свою речь.
      - Сейчас усну, - сказал он, и эльф отвел его туда же, где уже спал Пин. Фродо лег и погрузился в сон без сновидений.
      4. ПРЯМОЙ ПУТЬ К ГРИБАМ
      Утром Фродо проснулся отдохнувшим. Он лежал в углублении, образованном корнями дерева, ветви которого опускались над ним чуть ли не до земли. Постель его из папоротника и травы была мягкой и удивительно ароматной. Солнце пробивалось сквозь листву, все еще зеленой, на нижних ветвях. Фродо вскочил на ноги.
      Сэм сидел на траве у края леса. Пин стоял, изучая небо и погоду. Ни следа эльфов.
      - Они оставили нам хлеба, фруктов и напиток, - сказал Пин. - Иди и позавтракай. Хлеб такой же вкусный, как и ночью. Я не хотел ничего тебе оставлять, но Сэм настоял.
      Фродо сел рядом с Сэмом и начал есть.
      - Что у нас на сегодня? - спросил Пин.
      - Как можно быстрее идем в Баклбери, - ответил Фродо и обратил свое внимание на еду.
      - Как ты думаешь, увидим мы этих всадников? - весело спросил Пин. При свете утреннего солнца перспектива встречи с целым войском всадников не пугала его.
      - Да, вероятно, - ответил Фродо, которому не понравилось это воспоминание. - Но я надеюсь пересечь речку, чтобы они нас не видели.
      - Ты узнал о них что-нибудь от Гилдора?
      - Немного - одни намеки и загадки, - уклончиво ответил Фродо.
      - А ты спрашивал о приключении?
      - Мы об этом не говорили, - признался Фродо с набитым ртом.
      - Надо было. Я уверен, это очень важно.
      - Я думаю, что Гилдор отказался бы объяснить, - резко сказал Фродо. - А теперь, оставь меня хоть ненадолго в покое. Я не могу отвечать на гору вопросов во время еды. Я должен подумать!
      - О, небо! - воскликнул Пин. - Думать за завтраком! - И он отошел к опушке.
      Из сознания Фродо яркое утро, - "предательски яркое" - подумал он, не изгнало страха перед преследованием. Он обдумывал слова Гилдора. До него доносился веселый голос Пина, который что-то напевал.
      - Нет, не могу! - сказал себе Фродо. - Одно дело взять с собой юного друга на прогулку по Уделу. Здесь, когда проголодаешься и устанешь, тебя поджидают еда и мягкая постель. Но совсем другое - взять его в побег, где никто не позаботится о голодном и усталом. Это мой жребий. Я не должен брать с собой даже Сэма. - Он взглянул на Сэма Скромби и обнаружил, что тот внимательно смотрит на него.
      - Ну, Сэм! - сказал он. - Как ты? Я оставляю Удел как можно быстрее. И одного дня не могу ждать Гэндальфа.
      - Очень хорошо, сэр!
      - Ты все еще хочешь отправиться со мной.
      - Да.
      - Поход будет опасен, Сэм, очень опасен. Возможно, никто из нас не вернется.
      - Если вы не вернетесь, сэр, то и я, конечно, не вернусь, - сказал Сэм. - "Не оставляйте его" - сказали они мне. - "Оставить его? - ответил я. - И не собираюсь. Я пойду с ним, даже если он взберется на Луну. И если эти Черные Всадники попытаются остановить его, они будут иметь дело с Сэмом Скромби", - так я сказал. А они рассмеялись.
      - Кто это они? О ком ты говоришь?
      - Эльфы, сэр. Мы немного поговорили ночью. Они, по видимому, знают о нашем уходе, поэтому я не стал отрицать. Удивительный народ эльфы, сэр! Удивительный!
      - Да, - ответил Фродо. - Теперь, когда мы взглянули на них поближе, они теперь по прежнему тебе нравятся?
      - Они, так сказать, выше моей любви или, - медленно ответил Сэм. - Не имеет значения, что я о них думаю. Они совсем не такие, как я ожидал, - старые и молодые, веселые и печальные.
      Фродо удивленно посмотрел на Сэма, желая выяснить причину происходящей в нем странной перемены. Голос его не был похож на знакомый ему голос Сэма Скромби. Но сидевший перед ним хоббит был тот же Сэм, только с необыкновенно задумчивым лицом.
      - Ты и сейчас хочешь оставить Удел - сейчас, когда твое желание увидеть эльфов исполнилось?
      - Да, сэр. Не знаю, как это объяснить, но после ночи во мне что-то изменилось... Как будто я поглядел вперед. Я знаю, что нам предстоит очень долгая дорога во тьме: но я знаю, что я не смогу повернуть назад. Дело не в том, что я хочу увидеть эльфов, или драконов, или горы. Я в сущности не знаю, чего я хочу. Но я должен что-то совершить, и это что-то лежит впереди, не в Уделе. Я должен пройти через это, сэр, если вы меня понимаете.
      - Не совсем. Но я понял, что Гэндальф выбрал мне хорошего товарища. Я доволен. Мы пойдем вместе.
      Фродо в молчании закончил свой завтрак. Затем, встав и посмотрев на дорогу, подозвал к себе Пина.
      - Все готово к выходу? - спросил он, когда подбежал Пин. - Мы должны выступить немедленно. Мы слишком долго спали, а идти еще несколько миль.
      - Ты спал слишком долго, - поправил Пин. - Я уже давно встал, и мы ждем, когда ты кончишь есть и думать.
      - Я уже кончил. Я намерен добраться до Баклбери-Ферри как можно быстрее. Мы не пойдем по дороге, как вчера. Пойдем напрямик.
      - Тогда нам придется лететь, - сказал Пин. - Напрямик тут невозможно пройти пешком.
      - И все же мы можем пройти более коротким путем, чем по дороге, - ответил Фродо. - Ферри восточнее Вудхолла, но дорога изгибается влево - вон там, к северу, можно видеть ее поворот. Она огибает северный конец Мариша и выходит на мощеную дорогу, ведущую к мосту у стока. Но это на несколько миль удлиняет путь. Мы на четверть сократим его, если пойдем Ферри отсюда по прямой.
      - "Прямой путь вызывает большую задержку", - заметил Пин. - Местность здесь неровная, много болот и других препятствий. Я знаю эту местность. И если ты беспокоишься из-за Черных Всадников, то думаю, все же лучше встретится с ними на дороге, чем в лесу или в поле.
      - В лесу или в поле труднее будет найти нас, - ответил Фродо. - И если тебя однажды увидели на дороге, то и в дальнейшем будут искать на ней.
      - Хорошо, - сказал Пин. - Я последую в любое болото за тобой, в любую яму. Но будет трудно! Я надеялся до заката добраться до "Зеленого насеста" в Стоке. Там подают лучшее в восточном Уделе пиво, давненько я его не пробовал.
      - Тем более! - сказал Фродо. - Короткий путь может вызвать большую задержку, но еще большую вызовет гостиница. Любой ценой мы должны не пустить тебя в "Зеленый насест". Нам нужно быть в Баклбери до темноты. Что скажешь, Сэм?
      - Я иду с вами, мастер Фродо, - сказал Сэм (несмотря на свое глубокое сожаление о лучшем в восточном Уделе пиве).
      - Тогда, если уж нам суждено тащится через болота и колючий кустарник, идемте поскорее! - заторопил Пин.
      Было почти так же жарко, как накануне, но с запада надвигались облака. Как будто собирался дождь. Хоббиты сошли на обочину и двинулись через густой лес. Они собирались оставить Вудхолл слева от себя, пересечь лес, росший на восточном склоне холма, и выйти на равнину. Тогда они могли двинуться по открытой местности прямо к Ферри: им пришлось бы преодолеть лишь несколько канав и изгородей. Фродо считал, что им нужно пройти по прямой восемнадцать миль.
      Вскоре он обнаружил, что лес гораздо чаще и запутаннее, чем казался. Тропок в подлеске не было, и они продвигались медленно. Добравшись до дна лощины, они увидели ручей сбегавший с холма в глубоком болотистом ложе с крутыми скользкими берегами, поросшими ежевикой. Ручей пересекал их путь. Они не могли перепрыгнуть через него, а идти вброд означало намокнуть и вымазаться в грязи. Они остановились и призадумались, что же делать.
      - Первое препятствие! - с улыбкой сказал Пин.
      Сэм Скромби оглянулся. Сквозь промежутки деревьев он видел верхний край склона, по которому они спустились.
      - Смотрите! - сказал он, схватив Фродо за руку.
      Они все взглянули туда и высоко над собой на фоне неба увидели фигуру лошади. Рядом с ней находился Черный Всадник.
      Они тут же отказались от мысли о возвращении. Фродо, шедший впереди, быстро нырнул под перекрытие густых кустов на берегу ручья.
      - Фью! - сказал он Пину. - Мы правы оба. Короткий путь оказался длинным, но зато мы укрылись вовремя. У тебя чуткие уши, Сэм: не слышишь ли ты чего-либо подозрительного?
      Они постояли тихо, задерживая дыхание и прислушиваясь, но звуков преследования не было слышно.
      - Не думаю, чтобы он смог спуститься на, - предположил Сэм. - Но, наверное, он знает, что мы тут. Нам лучше уйти.
      Идти было нелегко. Ветви деревьев и кустарников цеплялись за их мешки. Склон защищал их от ветра, и воздух в углублении был неподвижен и душен. Когда наконец они пробились на более открытое место, они вспотели, устали и покрылись царапинами: к тому же они не были уверены в избранном направлении пути. Склоны лощин стали более крутыми, ручей достиг более ровной местности, он стал шире и глубже.
      - Так это же ручей Сток! - сказал Пин. - Если мы хотим придерживаться нашего курса, нам все равно нужно через него перебраться.
      Они вброд перешли ручей и торопливо пошли по открытому безлесому пространству, лишь кое-где покрытому кустарником. За этим пространством вновь шел лес, большей частью дубовый, лишь изредка попадались вязы и ясень. Местность была ровной, подлеска почти нигде не было, но деревья были большие и поэтому закрывали видимость. Над путниками шелестели листья от внезапных порывов ветра, изредка с облачного неба начинал идти дождь. Потом ветер стих, а дождь усилился. Хоббиты шли как могли быстрее по траве и толстому слою опавшей листвы, а дождь продолжал идти. Они не разговаривали и время от времени оглядывались назад.
      Через полчаса Пин сказал:
      - Надеюсь, мы не слишком свернули к югу и не идем вдоль леса. Эта полоса деревьев не широка - не больше мили в ширину, и сейчас мы должны были бы уже пройти ее.
      - Плохо, если мы идем кругами, - сказал Фродо. - Это не приблизит нас к цели. Нужно проверить направление! К тому же я не хочу неожиданно очутиться на открытой местности.
      Они прошли еще несколько миль. Вновь сквозь облака выглянуло солнце, дождь уже кончился. Была уже середина дня, и хоббиты чувствовали, что пора подкрепиться. Они остановились под большим вязом: листва его хоть и пожелтела, но вся сохранилась, а почва была сухой. Разворачивая сверток с едой, они обнаружили, что эльфы наполнили их бутыли бледно-золотистым напитком. У напитка был медовый запах, и он удивительно освежал. Очень быстро хоббиты начали смеяться и издеваться над дождем и Черным Всадником. Они чувствовали, что скоро оставят позади последние несколько миль.
      Фродо прислонился спиной к стволу и закрыл глаза. Сэм и Пин начали негромко напевать:
      А ну - развею тишину,
      Спою, как пели в старину,
      Пусть ветер воет на луну
      И меркнет небосвод.
      Пусть ветер воет, ливень льет,
      Я все равно пойду вперед,
      А чтоб укрыться от невзгод,
      Во флягу загляну.
      - А ну! Во флягу загляну! - запели они громче. И внезапно замолчали. Фродо вскочил на ноги. Ветер донес до них долгий низкий вой, похожий на крик какого-то злобного одинокого существа. Вопль поднялся, опустился и закончился резкой высокой нотой. И когда они стояли ошеломленные, онемевшие, в ответ послышался другой крик, более слабый и далекий, но не менее леденящий в жилах кровь. Затем наступила тишина, прерываемая лишь звуками ветра в листве.
      - Что это было? - спросил наконец Пин, стараясь говорить спокойно, но слегка дрожа. - Если птица, то я таких никогда не слышал в Уделе.
      - Это не птица и не зверь, - сказал Фродо, - это зов или сигнал, в этом крике были слова, хотя я и не смог их разобрать. Но это не голос хоббита.
      Больше они об этом не говорили. Все подумали о Всадниках, но вслух этого не сказали. Им очень не хотелось выходить из укрытия, но рано или поздно все равно придется пересечь открытую местность, и это даже лучше сделать пораньше при дневном свете. Они быстро подняли мешки и двинулись в путь.
      Вскоре лес оборвался. Перед ними расстилалась широкая травянистая равнина. И теперь они увидели, что на самом деле слишком повернули на юг. Вдали, за рекой, были видны низкие холмы Баклбери, но теперь они находились слева. Осторожно выйдя из-под покрова деревьев, они как можно быстрей двинулись через открытое пространство.
      Вначале, оказавшись вне леса, они почувствовали испуг. Далеко позади видна была возвышенность, на которой они завтракали. Фродо ожидал увидеть там на фоне неба фигуру всадника, но ничего не было видно... Солнце, раньше скрывавшееся за облаками, теперь вновь ярко сияло. Страх оставил их, хотя они все еще чувствовали какое-то беспокойство. Местность постепенно становилась все более обработанной и ухоженной. Вскоре начались поля и луга, видны были живые изгороди калитки, дренажные канавы. Все казалось спокойным и мирным, как в обычном уголке Удела. С каждым шагом настроение спутников улучшалось. Река становилась все ближе: Черные Всадники стали, казалось привидениями, оставшимися в лесу.
      Хоббиты миновали большое поле репы и подошли к прочной калитке. За нею дорога с колеей между низкими живыми изгородями устремлялась к отдельной группе деревьев. Пин остановился.
      - Я знаю это поле и эту калитку! - сказал он. - Это Бэмфарлонг, земля старого Бирюка. Там, за деревьями, его ферма.
      - Одна беда за другой! - сказал Фродо, выглядевший таким испуганным, как будто Пин объявил, что дорога ведет к логову дракона. Остальные удивленно посмотрели на него.
      - А что плохого в старом Бирюке? - поинтересовался Пин. - Он добрый друг всех Брендизайков. Конечно, он гроза всех браконьеров и держит свирепых собак, но в конце концов граница здесь близко и приходится постоянно быть начеку.
      - Я знаю, - сказал Фродо. - Но все же, - добавил он со смущенным смехом, - я боюсь его и его собак. Много лет я избегал его и его ферму. Он несколько раз заставал меня за сбором грибов на его земле, когда я был еще молод и жил в Бренди-холле. В последний раз он побил меня, а потом схватил и показал своим собакам. "Эй, звери, - сказал он им, - когда этот юный шалопай в следующий раз поставит ногу на мою землю можете откусить ее. Теперь гоните его!" И они гнали меня до самого Ферри. Никогда я так не боялся: хотя должен сказать, что собаки свое дело знают и не тронули меня.
      Пин засмеялся.
      - Что ж, время покончить с этим. Особенно, если ты вновь собираешься поселиться в Бакленде. Старый Бирюк отличный парень - если оставить его грибы в покое. Пойдем по дороге, тогда мы не будем похожи на браконьеров. Если мы его встретим, я сам поведу разговор. Бирюк - приятель Мерри, и я несколько раз бывал с ним здесь.
      Они пошли по дороге, пока не увидели за первыми деревьями крытую тростником крышу дома. Бирюки, как и Длинноноги из Стока и как большинство жителей Мариша, обитали в домах: ферма Бирюка была построена из кирпича и обнесена высокой стеной. Дорога оканчивалась перед большими деревянными воротами в стене.
      Когда они подошли ближе, раздался громкий лай, и низкий голос прокричал:
      - Гринг, Фэнг, Вулф! Вперед!
      Фродо и Сэм замерли, но Пин прошел еще несколько шагов. Ворота открылись и оттуда вылетели три огромных пса и с яростным лаем устремились к путешественникам. Они не обратили внимания на Пина: две собаки окружили Сэма и подозрительно следили за ним, а третья, самая большая и сильная, подбежала к Фродо и рычала при каждом его движении.
      В воротах показался полный приземистый хоббит с круглым румяным лицом.
      - Привет! Привет! Кто вы и что вам нужно? - спросил он.
      - Добрый день, мастер Бирюк! - сказал Пин.
      Фермер внимательно взглянул на него.
      - Ну, да это мастер Пин - мастер Перегрин Крол хотел я сказать! - воскликнул он, меняя хмурое выражение лица на улыбку. - Давно я вас здесь не видел. Ваше счастье, что я вас знаю. Я уже решил спустить собак на незнакомцев. Сегодня тут происходили странные вещи. Конечно, и раньше странные существа проходили мимо нас. Слишком близко река, - сказал он, качая головой. - Но этот парень был самым странным, я таких не видывал. Второй раз он не пройдет по моим землям, если я смогу остановить его.
      - А что это за парень? - спросил Пин.
      - Разве вы его не видели? - удивился фермер. - Он недавно свернул сюда с дороги. Необычно одет и задавал необычные вопросы. Но, может, вам лучше зайти, и мы обсудим новости в более удобной обстановке? Я поставлю добрый эль, если вы и ваши друзья не откажетесь, мастер Крол.
      Было ясно, что фермер скажет им больше, если позволить ему это сделать по своему, поэтому они приняли приглашение.
      - А как же собаки? - с беспокойством поинтересовался Фродо.
      Фермер засмеялся:
      - Они не тронут вас - пока я не прикажу им. Сюда Гринг! Фэнг! К ноге! - крикнул он. - К ноге, Вулф!
      К облегчению Фродо и Сэма, собаки отошли и перестали обращать на них внимание.
      Пин представил их фермеру.
      - Мастер Фродо Торбинс! - сказал он. - Может вы не помните, но раньше он жил в Бренди-холле.
      При имени Торбинса фермер вздрогнул и бросил на Фродо быстрый взгляд. На миг Фродо подумал, что фермер вспомнил об украденных грибах и сейчас отдаст приказ собакам. Но фермер Бирюк протянул ему руку.
      - Ну, разве это не странно? - воскликнул он. - Неужели это мастер Торбинс? Входите! Нам нужно поговорить.
      Они отправились на кухню и сели у очага. Миссис Бирюк принесла большой кувшин пива и наполнила четыре большие кружки. Пиво было отличным, и Пин решил, что компенсировал упущенную возможность навестить "Зеленый насест". Сэм подозрительно отхлебнул немного. У него было прирожденное недоверие к обитателям других частей Удела: к тому же он не был расположен сейчас по-дружески относится к тому, кто бил его хозяина, хотя это и было давно.
      После нескольких замечаний о погоде и видах на урожай (которые были не хуже, чем обычно) фермер Бирюк поставил кружку и оглядел их всех по очереди.
      - Ну, мастер Перегрин, - сказал он, - откуда же вы идете и куда направляетесь? Вы пришли навестить меня? В таком случае вы пришли через ворота незамеченными.
      - Нет, - ответил Пин, - по правде говоря, мы пришли с другого конца, мы прошли через ваши поля. Но это произошло случайно. Мы заблудились в лесу у Вудхолла, стараясь поскорее добраться до Ферри.
      - Если вы торопились, то лучше было идти по Стоку, - сказал фермер. - Но меня это не беспокоит. Можете ходить по моей земле, если хотите, мастер Перегрин. И вы, мастер Торбинс, даже если вы по-прежнему любите грибы. - Он засмеялся. - Да, я узнаю вас. Я помню то время, когда молодой Фродо Торбинс был одним из худших юных хулиганов Бакленда. Но я думаю не о грибах. Я слышал имя Торбинса незадолго до вашего прихода. Как вы думаете, о чем расспрашивал меня тот странный незнакомец.
      Они с беспокойством ждали продолжения.
      - Ну, - продолжал фермер, медленно приближаясь к цели своего рассказа, - он подъехал на большой черной лошади к воротам, которые как раз были открыты, и подъехал прямо к моей двери. Сам весь черный, в плаще с капюшоном, как если бы не хотел, чтобы его узнали. "Что ему нужно в Уделе?" - подумал я. Мы здесь, у границ часто видим высокий народ, но я никогда не слышал о таких, как этот черный незнакомец.
      "Добрый вечер вам! - сказал я, подходя к нему. - Эта дорога ведет только к моему дому, и если вы куда-то направляетесь, то вам лучше повернуть назад." Мне он не понравился: подошел Гринг, принюхался и взвыл, будто его ударили. Он опустил свой хвост и с визгом убежал. Черный незнакомец продолжал спокойно сидеть на лошади.
      "Я пришел оттуда, - сказал он медленно и как-то затруднительно, указывая на запад, на мои поля, если вы заметили. - Вы видели Торбинса? - спросил он странным тоном и наклонился ко мне. Я не видел его лица, так как его капюшон опустился слишком низко: я почувствовал, как дрожь пробежала у меня по спине. Но все же я не видел причины, по какой этот всадник ездит по чужим полям.
      "Уезжайте! - сказал я ему. - Здесь нет Торбинсов. Вы не в той части Удела. И вам лучше направиться в Хоббитон, и на этот раз поезжайте по дороге".
      "Торбинс ушел, - ответил он шепотом. - Он идет. Он недалеко. Я хочу найти его. Если он пройдет мимо, вы скажете мне? Я вернусь с золотом."
      "Не нужно, - ответил я. - Отправляйтесь восвояси и побыстрее. Даю вам минуту, потом спущу собак".
      Он издал звук, напоминающий свист. Может, это был смех, а может, и нет. Затем направил свою большую лошадь прямо на меня, и я едва успел отпрыгнуть. Я крикнул собак, но он повернул, проехал за ворота и подобно молнии проскакал по дороге. Что вы об этом думаете?
      Фродо сидел, глядя на огонь. Единственной его мыслью было: как же теперь добраться до Ферри?
      - Не знаю, что и подумать, - сказал он наконец.
      - Тогда я вам скажу, что я думаю, - заявил Бирюк. Вам не следовало связываться с жителями Хоббитона, мастер Фродо. Они странные хоббиты. - Сэм заерзал на своем стуле, недружелюбно глядя на фермера, - но вы всегда были безрассудны. Когда я услышал, что вы оставляете Брендизайков и переселяетесь к старому мастеру Бильбо, я тогда не сказал, что вы ищете беспокойства. Вспомните мои слова, это все произошло из-за странных дел мастера Бильбо. Говорят, что он получил свои деньги волшебным способом в чужой стране. Может, кто-то охотится за золотом и драгоценностями, которые, как я слышал, он закопал в своей норе в Хоббитоне.
      Фродо ничего не сказал: остроумная догадка фермера была не так уж неверна.
      - Ну, мастер Фродо, - продолжал Бирюк, - я рад, что у вас хватило разума вернуться в Бакленд. Вот вам мой совет: оставайтесь здесь и не связывайтесь с чужеземцами. У вас и тут найдутся друзья. Если кто-то из этих черных парней опять появится тут, он будет иметь дело со мной. Я скажу, что вы умерли или покинули Удел, - все, что вам угодно. И, может, так оно и есть: ведь они, наверно, хотят узнать новости о старом мастере Бильбо.
      - Может, вы и правы, - сказал Фродо, отводя взгляд от глаз фермера и глядя в огонь.
      Бирюк задумчиво посмотрел на него.
      - Что ж, я вижу, у вас есть свои планы, - сказал он. - Ясно, как мой нос, что не простая случайность привела сюда вас и всадника в один и тот же день: и может моя новость была для вас не такой уж новой. Я не спрашиваю, что у вас в голове, но вижу, что вы в затруднительном положении. Может, вы думаете, что вам теперь нелегко будет добраться до Ферри?
      - Да, - ответил Фродо, - но нам все равно нужно это сделать, а сидя здесь и размышляя, мы все равно себе не поможем. Боюсь, что мы должны идти. Большое спасибо, вы были очень добры к нам. Я боялся вас и ваших собак больше тридцати лет, фермер Бирюк, хотя вы, наверное, смеетесь, слыша это. Очень жаль: я утратил доброго друга. А теперь мне не хочется уходить так быстро. Но, может быть, однажды я вернусь, если смогу.
      - И будете встречены с радостью, - сказал Бирюк. - Но у меня предложение. Скоро закат и мы собираемся ужинать, мы ложимся спать сразу после ужина и захода солнца. Если вы и мастер Перегрин и все останетесь и поужинаете с нами, нам будет очень приятно.
      - И нам тоже! - ответил Фродо. - Но боюсь мы должны идти немедленно. Даже в этом случае мы достигнем Ферри после наступления темноты.
      - А, подождите минутку! Вот что я предлагаю: после ужина я запрягу небольшой фургон и отвезу вас в Ферри. Это сбережет вам время и избавит от других беспокойств.
      К радости Пина и Сэма, Фродо с благодарностью принял это предложение. Солнце почти уже зашло за западные холмы, потемнело. Вышли два сына Бирюка и три его дочери, на большом столе был подан обильный обед. В очаг подбросили дров и осветили кухню лампами. Миссис Бирюк сновала туда сюда. Пришли так же несколько хоббитов, работавших на ферме. Через короткое время все принялись за еду. Пиво было подано в изобилии, были так же большие блюда с грибами и ветчиной среди множества другой деревенской пищи. Собаки лежали у огня, грызли кости и хрустели хрящами.
      Когда все поели, фермер и его сыновья вышли во двор с фонарями и подготовили фургон. Когда вышли и гости, во дворе было уже темно. Они подобрали свои мешки и забрались в фургон. Фермер сел на сиденье кучера и хлестнул кнутом двух своих крепких пони. Жена его стояла в свете открытых дверей.
      - Будь осторожен, Бирюк! - окликнула она его. - Не спорь с чужеземцами и сразу же возвращайся!
      - Хорошо, - ответил он, и фургон двинулся к воротам. В воздухе не было ни ветерка: ночь была тиха и спокойна чувствовалась ночная прохлада. Они двигались без света, и потому довольно медленно. Через одну-две мили кончилась проселочная дорога, она нырнула в лощину, поднялась на невысокий холм и соединилась с мощенной дорогой.
      Бирюк сошел и внимательно осмотрел дорогу, но в темноте ничего не было видно; в спокойном воздухе не раздавалось ни звука. Тонкие струйки речного тумана поднимались из лощин и ползли с полей.
      - Туман сгущается, - сказал Бирюк, - но я не буду зажигать лампы, пока не поверну домой. Мы услышим, если кто-нибудь появится на дороге.
      От фермы Бирюка до Ферри было больше пяти миль. Хоббиты закутались в плащи, но прислушивались ко всем звукам однако они слышали только скрип колес и топот копыт пони Фродо казалось, что фургон двигался медленнее улитки. Рядом с ним клевал носом Пин: они смотрели в сгущавшийся туман.
      Наконец они достигли Ферри. Въезд к парому был обозначен двумя высокими белыми столбами, внезапно появившимися справа. Фургон со скрипом остановился. Они уже начали слезать, как вдруг услышали звук, который все время боялись услышать - спереди донесся топот копыт. Звук приближался к ним.
      Бирюк спрыгнул с козлов и стоял рядом с пони вглядываясь вперед. Топ-топ, топ-топ... Всадник приближался. Звук копыт звучал все громче в неподвижном туманном воздухе.
      - Вам лучше спрятаться, мастер Фродо, - с беспокойством сказал Сэм. - Забирайтесь в фургон и укройтесь одеялом, а мы пошлем этого всадника куда-нибудь подальше.
      Он сам тоже слез и подошел к фермеру. Черному Всаднику придется миновать их, прежде чем он доберется до фургона.
      Топ-топ, топ-топ, всадник был уже рядом.
      - Эй, там! - окликнул фермер Бирюк. Звук прекратился. Им показалось, что они различают в тумане закутанную в плащ фигуру.
      - Эй! - повторил фермер, передавая вожжи Сэму и делая шаг вперед. - Не подходите ближе! Чего вы хотите и куда направляетесь?
      - Мне нужен мастер Торбинс. Не видели ли вы его? - донесся приглушенный голос, но это был голос Мерри Брендизайка. Мелькнул фонарь и свет его упал на удивленное лицо фермера.
      - Мастер Мерри! - воскликнул он.
      - Да, конечно! А кто бы вы думали? - заметил Мерри, подходя к ним. Когда он выступил из тумана, а их страх рассеялся, то он, казалось, уменьшился до размеров обычного хоббита. Он сидел на пони, вокруг его шеи и подбородка был обмотан шарф.
      Фродо выпрыгнул из фургона.
      - Вот наконец и вы! - воскликнул Мерри. - я уже думал, что вы сегодня не приедете, и собирался ужинать. Когда поднялся туман, я решил съездить к Стоку и посмотреть, не провалились ли вы в какую-нибудь яму. Но будь я проклят, если знал, откуда вы приедете! Где вы нашли их, мастер Бирюк? В своем курятнике?
      - Нет, они браконьерствовали, - ответил фермер, - я едва не спустил на них своих собак; но они вам все расскажут сами. А теперь простите меня, мастер Мерри и мастер Фродо и все, но мне лучше вернуться домой. уже ночь, а миссис Бирюк будет беспокоиться.
      Он развернул фургон на дороге.
      - Доброй ночи всем вам, - сказал он. - А день был удивительный и не без ошибок, но все хорошо, что хорошо кончается: хотя, возможно, так следует говорить, лишь добравшись до собственного дома. Не стану скрывать, что обрадуюсь, добравшись домой. - Он зажег фонари и забрался на облучок. Затем достал из-под сиденья большую корзину. - чуть не забыл. Миссис Бирюк посылает это мастеру Торбинсу со своими наилучшими пожеланиями...
      Он отдал корзину и двинулся, сопровождаемый хором благодарностей и пожеланий доброй ночи.
      Хоббиты следили, как бледнел в тумане свет его фонарей. Внезапно Фродо рассмеялся: из открытой корзины, которую он держал, доносился запах грибов.
      5. РАСКРЫТЫЙ ЗАГОВОР
      - И нам пора домой, - сказал Мерри. - Есть кое-что любопытное, но оно может подождать до дома.
      Они свернули на дорогу в Ферри. Она была прямой и хорошо сделанной: с обеих сторон ее ограждали большие белые камни. Уже более ста лет назад их принесли сюда от реки, где находилась деревянная пристань. С дороги видна была и пристань и большой плоский паром, стоявший рядом. В свете двух фонарей на высоких холмах блестели белые причальные тумбы у края воды. Вода была темной, и над ней держалось лишь несколько клочьев тумана. На противоположной стороне тумана было меньше.
      Мерри по сходням провел пони на паром, остальные последовали за ним. Мерри начал отталкивать паром длинным шестом. Воды Брендивайна спокойно текли под ними. На другом берегу берег был крут, по нему вилась извилистая тропа. Там горели фонари. За ними возвышался Баг-холл. На нем сквозь туман было видно множество освещенных окон, желтых и красных. Это были огни Бренди-холла, древнего поселка Брендизайков.
      Много лет назад Грехендад Побегайк, глава семейства Побегайков, одного из старейших семейств Мариша, да и всего Удела, пересек реку, которая была естественной восточной границей земли хоббитов, он построил (или вырыл) Бренди-холл, сменив свое имя на Брендизайк и поселился здесь, став хозяином маленькой независимой общины. Семейство его все росло, и продолжало расти после него, пока Бренди-холл не занял весь низкий холм и у него не стало три больших входа, а множество малых и свыше ста окон. Брендизайки и их многочисленные потомки начали рыть норы по всем окрестностям холма. Таким было начало Бакленда, плотно населенного участка между рекой и старым лесом, своеобразной колонии Удела. Главным поселком здесь был Баклбери, теснившийся на склонах холма Брендихолл.
      Население Мариша дружески относилось к жителям Бакленда, и власть Хозяина Холла (так назывался глава семейства Брендизайков) признавалась фермерами между Стоком и Ремеем. Но большинство жителей старого Удела считали бакленберцев странными типами, полуиностранцами. Хотя в сущности они ничем не отличались от хоббитов из Четырех Фартингов. За одним исключением: они любили лодки, а некоторые из них даже умели плавать.
      Вначале их территория не имела защиты с востока: но они создали живую изгородь - высокую стену. Ее вырастили много поколений назад, и теперь она была крупной и высокой. В длину она имела двадцать миль, начиналась у моста через Брендивайн, большой петлей отходила от реки и вновь подходила к ней у Хейсенда, где Видивайл, текущий через лес, сливался с Брендивайном. Но, конечно, это была не абсолютная защита. Во многих местах лес вплотную подходил к изгороди. Баклендцы крепко запирали свои двери на ночь, что было не в обычае в Уделе.
      Паром медленно двигался по воде. Берег Бакленда приближался. Сэм был единственным членом отряда, который раньше не переправлялся через реку. У него возникло странное чувство, будто медленный журчащий поток поглощает его прошлую жизнь, затягивает ее туманом, а впереди лежит темная неизвестность. Он потряс головой, подавляя мимолетное желание, чтобы мастер Фродо не уходил и продолжал спокойно жить в Торбе-на-Круче.
      Четверо хоббитов сошло с парома. Мерри привязывал его, Пин повел пони по тропе, а Сэм, который оглядывался назад, как бы прощаясь с Уделом, сказал хриплым шепотом:
      - Смотрите, мастер Фродо! Видите?
      На далеком берегу при свете фонаря они увидели какую-то фигуру: как будто наклонился большой черный тюк. И пока они глядели, темная фигура распрямилась и задвигалась, как бы обнимая землю. Она вновь припала к земле и скрылась во тьме.
      - Что это там, в Уделе? - воскликнул Мерри.
      - Что-то следовало за нами, - ответил Фродо. - Но больше ни о чем не спрашивайте. Давайте уходить немедленно.
      Они торопливо начали подниматься по тропе на крутой берег, и когда снова оглянулись, противоположный берег был затянут туманом и на нем ничего не было видно.
      - Хорошо, что вы не держите на западном берегу лодки! - сказал Фродо. - Может ли лошадь пересечь реку?
      - Да, либо в двадцати милях к северу по мосту, либо может просто переплыть, - ответил Мерри. - Хотя я никогда не слышал, чтобы лошадь переплыла Брендивайн. Но при чем тут лошадь?
      - Расскажу позже. Пойдемте в дом, там мы сможет поговорить.
      - Хорошо! Ты и Пин знаете дорогу, поэтому я поеду вперед и скажу Фетти Болдеру, что вы близко. Мы приготовим ужин.
      - Мы совсем недавно поужинали у фермера Бирюка, сказал Фродо, - но можем поужинать еще раз.
      - Вот и ладно. Дай мне корзину! - сказал Мерри и, двинувшись вперед, скоро исчез во тьме.
      Нужно было пройти некоторое расстояние от Брендивайна до нового дома Фродо в Крикхэллоу. Хоббиты оставили слева от себя Бак-Хилл и Бренди-Холл: на окраине Баклбери они пересекли главную дорогу Бакленда, которая шла на юг от моста. Через полмили они увидели уходящую направо проселочную дорогу. По ней они прошли еще несколько миль, взбираясь на пригорки и спускаясь в низины.
      Наконец они оказались у узкой калитки в толстой живой изгороди. Дом в темноте не был виден: он стоял в стороне от дороги, в центре широкой лужайки, окруженной поясом деревьев внутри изгороди. Фродо выбрал этот дом из-за его отдаленности от больших дорог и потому, что рядом не было других жилищ. Здесь можно было приходить и уходить, оставаясь незамеченным. Дом когда-то был построен Брендизайком для гостей или для тех членов семейства, которые на время хотели отдохнуть от тесноты Бренди-холла. Это был старомодный деревенский дом, очень похожий на хоббичью нору. Он был длинным и низким, одноэтажным, крыша из дерна, круглые окна и большая круглая дверь довершали сходство.
      Когда хоббиты за калиткой ступили на зеленую тропинку, они не увидели никакого света: окна дома были темны. Фродо постучал в дверь и Фетти Болдер отпер ее. Дружеский свет вырвался наружу. Они быстро проскользнули внутрь и закрыли за собой дверь. Путешественники оказались в широком холле с дверями с обеих сторон: и перед ними вглубь дома уходил коридор.


К титульной странице
Вперед
Назад