Даен М. Е. Открыть Платона Тюрина России : [беседа с искусствоведом М. Е. Даен накануне открытия Тюринских чтений в Вологод. музее–заповеднике] / записал В. Аринин // Русский Север. – 1996. – 19 нояб. – С. 11.
21 ноября в Вологодском государственном музее–заповеднике открываются Тюринские чтения. Они посвящены 180–летию со дня рождения нашего выдающегося земляка – художника Платона Тюрина. На них с докладами и сообщениями выступят кандидат искусствоведения А. Рыбаков, профессор ВГПУ, доктор исторических наук А. Камкин, заведующий отделом музея О. Пылева, заведующая архивным управлением области О. Наумова и другие. Вдохновительницей и организатором Тюринских чтений является кандидат искусствоведения М. ДАЕН. Именно ей принадлежит главная заслуга, что имя и творчество Платона Тюрина, талантливого сына крестьянской вологодской семьи, ставшего академиком живописи, после долгих лет забвения было как бы открыто заново, полноценно вошло в русское искусство. Потому перед открытием чтений наш корреспондент взял у него небольшое интервью. – Мира Евсеевна, благодаря вашим поискам и открытиям имя Платона Тюрина вышло за рамки краеведения и утвердилось в глазах специалистов как явление незаурядное, духовное, крупное. И, вероятно, предстоящие Тюринские чтения следует рассматривать как новый значимый шаг в изучении жизни и творчества художника. – Разумеется. Это будет новый шаг в осознании мира Тюрина. Еще несколько лет назад, когда я написала о художнике свою диссертацию, даже многие специалисты не имели о нем никакого представления. Были и такие мнения: мол, Тюрин – неплохой портретист, но как художник историко–религиозной темы он ничего не значит. Судьба художника в этом смысле была трагична. Церковная цензура зачастую душила все нестандартное, оригинальное, глубокое. Поддерживалось, так сказать, идеологизированное искусство. Отсюда непонимание таких мастеров, как Ге, А. Иванов, Бруни и других, их религиозного духовного искусства. Отсюда и отлучение от церкви Льва Толстого. По тем же причинам не было признано и монументальное искусство Платона Тюрина, забракованы его росписи для храма Христа Спасителя. А в советское время все это просто уничтожалось. Потому открытие духовной живописи Платона Тюрина – это событие для нашего искусства. Может, я пристрастна. Но имя Тюрина сегодня уже привлекает многих. Посудите сами: на этих Тюринских чтениях выступают и историки, и музейщики, и архивный работник, и краевед. А вологжанка Наталья Паренко совершила замечательное открытие. Ею найдено неизвестное произведение художника – икона «Тайная вечеря». – Вы считаете, что ныне имя еще недавно забытого художника обрело известность, и ваша точка зрения на него как на крупного мастера подтверждается? – Да, я считаю, что это именно так. Одним из первых в стране, кто откликнулся на мои работы, поддержал меня и высказал мнение, что Тюрин – выдающийся русский духовный художник был академик Дмитрий Сергеевич Лихачев. Он тогда обратился в обком партии с просьбой сохранить росписи художника на его родине в селе Архангельском и в Тотьме. Ныне самую высокую оценку творчеству художника дают специалисты Русского музея в С.–Петербурге, Третьяковской галереи. Однако, к сожалению, для массового зрителя страны его творчество еще продолжает оставаться неизвестным. – Вы считаете, что он будет все же «открыт» и для всей России? – В этом – наша задача. Российский зритель должен знать Тюрина, как он знает Ге, Врубеля, Крамского и других мастеров. Его имя сопоставимо с самыми громкими именами. И не только в живописи. Россияне должны знать живопись Тюрина, как они знают прозу Толстого, Достоевского и других замечательных русских духовных мастеров. И вторая важнейшая наша задача – сохранить для потомков то, что уцелело сегодня: его фрески в Архангельском и Тотьме. Этому должны содействовать и нынешние Тюринские чтения.