Белков В. С.
Вологодские адреса Рубцова

/ В. Белков // Первые итоги : (из жизни Николая Рубцова) / В. Белков. – Вологда, 1999. – С. 25-27.

Наверное, я был похож на шпиона или фининспектора, когда внимательно осматривал этот каменный двухэтажный дом с балкончиками. Но меня мало интересовало, что сейчас в этом доме находится. Все дело-то в том, что в этом доме, вероятно, было первое вологодское жилье поэта Николая Рубцова. 
Сразу надо уточнить — речь идет о взрослом Рубцове, когда он уже вернулся в свой город и получил здесь... даже не жилье, а свой угол. О детских же годах жизни поэта в Вологде я подробно писал в книге «Жизнь Рубцова». 
Итак, в 60-е годы поэт часто приезжал в Вологду — то из Москвы, то из Николы. Ночевал здесь у друзей или у тети Сони. Везде неудобно, а у тети еще и тесновато, своя семья. К 66-му году стало ясно, что в деревне поэт тоже едва ли сможет жить. Но о своем жилье в Вологде он пока не мог и мечтать, потому что не был членом Союза писателей и не имел громкого имени. 
Ситуация изменилась в 67-м году. Вышла книга «Звезда полей», имя Рубцова стало известным. За него стали хлопотать, и вот наконец поэт получил место в общежитии Вологодской совпартшколы. Это и есть здание с балкончиками, о котором сказано в начале. Адрес его — улица Октябрьская, 19. Этот дом стоял и стоит во дворе, и был он как бы филиалом общежития, дополнительным корпусом. 
Рубцов жил здесь недолго, но интересны сами обстоятельства его вселения в этот дом. Подробности мы узнали не так уж давно, когда были опубликованы дневники Александра Яшина. Записи сделаны Яшиным осенью 67-го года в Вологде, сразу после поездки писателей по Волго-Балту: «2 сентября. Были у секретаря обкома Другова В. И. Рассказали о поездке. Просили опять за Рубцова. Обещал пока поселить в общежитии Совпартшколы... Обещание комнаты Рубцову». 
Видимо, хлопоты начались еще раньше, когда писатели-вологжане приняли Рубцова в свою писательскую организацию. Например, в июле поэт пишет в обком партии: «Заявление. Прошу Вашей помощи в предоставлении мне жилой площади в г. Вологде. Родители мои проживали в Вологде. Я также родом здешний. Жилья за последние несколько лет не имею абсолютно никакого. Большую часть времени нахожусь в Тотемском районе, в селе Никольском, где провел детство (в детском доме), но и там, кроме как у знакомых, пристанища не имею. Поскольку я являюсь студентом Литературного института им. Горького (студент-заочник последнего курса), то бываю и в Москве, но возможность проживать там имею только во время экзаменационных сессий, т. е. 1—2 месяца в год... Я автор двух поэтических книжек... а также многочисленных публикаций в периодике... 
В заключение хочется сказать, что меня вполне бы устраивала и радовала жизнь и работа в г. Вологде. 15 июля 67 г. Н. Рубцов». 
Итак, с осени 67-го поэт живет по адресу Октябрьская, 19. Это подтверждает и поэтесса Нина Груздева, которая тоже жила тогда в этом общежитии. Она рассказывает, что второй этаж занимали слушатели совпартшколы, а внизу жили артисты, журналисты и Рубцов. 
Почти точно могу сказать, когда поэт перебрался из этой общаги в другую. Скорей всего его выселили даже. Дело в том, что 7 декабря Рубцов попал в вытрезвитель. Оштрафовали на 10 рублей. Постановление о штрафе было послано в общежитие. Начальству это, конечно, не понравилось и поэта пере- вели в другую общагу, на улицу Ветошкина, где жили комсомольские работники. Видимо, новое общежитие было рангом пониже и комнаты там были потеснее. 
На одной из новогодних открыток, посланных Рубцову, стоит дата 28 декабря 67 года, и адрес — Вологда, ул. Ветошкина, 103, к. 50. То есть на новое место поэт переехал примерно в середине декабря. Но адрес на открытке написан неточно. На почте его поправили химическим карандашом: «105—50». 
Этот адрес называет и журналист Альберт Третьяков, который в ноябре этого же года получил здесь комнату. Соседями поэта были комсомольские работники, люди, конечно, разные, но об одном из них Рубцов высказался так: «Я не могу с ним говорить!» 
Кто хочет, может подойти в Вологде к этому дому и посмотреть — с виду обычный жилой дом, панельный, пятиэтажный. В 67 году он был совсем новый. 
В книгах о Рубцове часто публикуется неоконченное его письмо к В. И. Другову, одному из секретарей обкома КПСС. Оно датируется почему-то концом 68-го года, хотя скорей всего было написано раньше. Фраза из письма: «Нас в комнате проживает трое». Суть просьбы Рубцова в том и состоит, что когда- то (помните, дневник Яшина) ему обещали отдельную комнату, но потом об этом как-то забыли. 
Тем не менее комнату в квартире с подселением он вскоре получил. Вероятно, в январе-феврале 68-го. Может, потому и не закончено письмо Другову. На конвертах писем этого времени стоит адрес — Набережная 6 Армии, 209— 43. «Живу вблизи пустого храма» — напишет вскоре Рубцов, имея в виду стоящую рядом церковь Андрея Первозванного. Место было, конечно, хорошее. Особенно для поэта. С этим местом связаны и другие известные строки: 

Перевезет меня дощатый катер 
С таким родным на мачте огоньком! 
Перевезет меня к блондинке Кате... 

Поэту, чтобы попасть в ресторан «Поплавок», надо было лишь переплыть на катере реку Вологду. Зная квартирные обстоятельства поэта, мы можем сказать, что работа над этим стихотворением началась осенью 68-го. А зимой оно было, видимо, закончено. 
В начале 69-го Рубцов жил уже на новой квартире, которая оказалась последней в его жизни. 
Это однокомнатная квартирка на пятом этаже (улица Яшина, 3—66) приютила поэта на полтора года. «Живу под самой крышей, — говаривал Рубцов,— выше меня только Бог». О последних месяцах жизни поэта уже много писали, не буду сейчас ничего добавлять. Хочу только назвать еще несколько адресов вологодских, где бывал Рубцов. Улица Калинина, дом 2 — у Н. А. Старичковой. Улица Гоголя, 57 — у Бориса Чулкова, Советский проспект, 50 — у Клавдия Захарова, а также у Василия Белова, у Виктора Астафьева, у фотокора Аркадия Кузнецова и многих других. 
Вот так откроешь порой старую телефонную книгу, перелистаешь и вздохнешь невольно: Боже мой, какие времена, какие люди!..